KAVANT & SHARART ТЕПЕРЬ В МОСКВЕ

ИСКУССТВО ПИТЬ

Пьянящие напитки сопровождают практически любой праздник, вечеринку или застолье. Их употребляли люди всех сословий с незапамятных времен. Они были неотъемлемой частью жизни многих известных личностей



Вот некоторые легенды и занимательные факты о популярных напитках.

НЕГРОНИ



История необычайно коварна для тех, кто хочет стать ее частью. Иногда ждать приходится годами и столетиями, чтобы творческое наследие или иные достижения получили должное признание и заняли прочное место в хронике событий. Но есть и весьма элегантный, поистине гениальный способ оставить свой след в истории – придумать или улучшить популярный коктейль. Итальянский аристократ, граф Камилло Негрони, зайдя в один из баров Флоренции, потребовал себе любимый освежающий коктейль – «Американо».


Согласно другой версии, графа Камилло Негрони никогда не существовало, а коктейль был придуман в 1857 году в Сенегале генералом Паскалем Оливье де Негрони


Распробовав его, Негрони, в порыве вдохновения, а может быть из-за более приземленных помыслов, попросил бармена заменить одну часть коктейля на другую – содовую на джин, тем самым увеличив крепость напитка и сделав коктейль более плотным и насыщенным по вкусу. Дополнительный штрих добавил сам бармен, чтобы внешне новый коктейль отличался от предшественника, он украсил его слайсом апельсина, вместо лимона. «Негрони» сразу стал набирать популярность светского общества Италии и вскоре напиток распространился по всем барам мира и прочим увеселительным заведениям.



Коктейль «Негрони» был занесен в особую книгу международной ассоциации барменов. По происшествию многих лет и исторических эпох, этот коктейль радует множество людей, с придыханием произносящих бармену фамилию Негрони.


ЛЕГЕНДАРНЫЕ ПРИВЫЧКИ



Уинстон Черчилль благодаря своей незаурядной деятельности на посту премьер-министра Великобритании занял полагающееся ему место в истории. Вокруг его личности до сих пор ходят противоречивые легенды, в том числе и про его предпочтения в напитках. Ему приписывается фраза: «Мне всегда нужно шампанское! Когда я добился чего-то, то я это заслужил. А когда меня постигла неудача, то мне это необходимо!». В советских кругах, от пролетариата до номенклатуры, ходил слух, что одним из любимых бренди премьер-министра был грузинский коньяк, который по распоряжению Сталина регулярно поставлялся английскому союзнику.


Интересный факт, привычка курить сигары и привычка спать днем (сиеста) осталась с Черчиллем на всю жизнь, после его работы на Кубе в качестве военного корреспондента газеты Daily Graphic


Также существует мнение, что именно Черчилль придумал смаковать табак и бренди особым образом: обмакивать кончик сигары в бренди или другом крепком напитке. Это предпочтение объясняется простой необходимостью: от частого курения сигар у политика появились проблемы с губами, из-за чего приходилось кончик сигары предварительно обертывать небольшой бумажной лентой под цвет табачного листа сигары, которая предохраняла губы от раздражения.



На вкус бумага, разумеется, была не очень приятной, и чтобы сгладить этот момент, Черчилль прибегал к незатейливой манипуляции с сигарой и бренди. Правда ли это или очередной вымысел доподлинно неизвестно, но традиция «окунать» сигару в благородный напиток обрела популярность.


STRAWHISKEY



Известные композиторы часто увлекались горячительными напитками – что стало поводом для множества шуток, скандалов и анекдотов. Например, Игорь Стравинский иронично подшучивал над собой, когда называл себя «Стрависки». Выдающийся композитор и большой любитель виски однажды стал фигурантом популярного среди музыкантов анекдота. Во время своих гастролей в Москве, Стравинскому как-то стало плохо прямо перед началом концерта. Доктор, прибывший к композитору и оказавший ему помощь, осторожно спросил и предупредил маэстро: «Игорь Федорович, может быть, в вашем возрасте не стоит так злоупотреблять горячительными напитками?!». «Но как же, доктор, – удивился Стравинский, – они ведь расширяют сосуды, что полезно для здоровья!». «Но после расширения сосуды могут опасно сужаться», – возразил врач. «А я им не даю этого сделать…» – невозмутимо и с долей иронии ответил композитор.


КОЗЕЛ, ПИР И ПЕСНИ



Истоки многих видов искусства берут свое начало в традициях весьма далеких от «дум высокого стремленья» и «души прекрасных порывов». В частности, театр зародился в античные времена вследствие постепенного усложнения обрядов и ритуалов вокруг культа Диониса – бога виноделия. Во время празднования «Больших Дионисий» в центр греческих городов въезжала повозка, напоминающая лодку со жрецом во главе процессии, изображавшего Диониса, прибывшего и привезшего из-за дальних морей гроздь винограда, а позже научившего людей выращивать его и делать из ягод винограда вино.



Во время городских праздников, помимо ритуальных обрядов, начинали работать различные ярмарки, устраивались представления, восхваляющие Диониса и, конечно же, открывали винные бочки. Как-то раз, во время очередных «Дионисий», некий грек заметил, что козел, наевшись винограда, пришел в возбужденное состояние и стал выделывать различные пируэты и прочие забавные фокусы, за что вскоре был принесен в жертву богу виноделия.


В переводе с древнегреческого языка, «трагос» – «козел» и «одэ» – «песня». После жертвоприношения следовал пир и более фривольная часть праздника – «комедия», что значит «комос» – «пир» и «одэ» – «песня»


Этот мифический эпизод послужил основой для любого официального представления и начала всех серьезных торжеств и мероприятий. Козел стал священным животным Диониса, а вокруг жертвоприношения устраивались пляски и особые песни, которые позднее получили название «трагодии» – «песни по поводу козла».



Чуть позже трагедия и комедия стали важными жанрами театрального искусства. Именно из ритуалов «Больших Дионисий» был создан фундамент для древнегреческого, а позже мирового театра. В современном мире общество недалеко ушло от традиций античных празднеств.



Как и в эпоху древнего мира, в начале большинства официальных мероприятий «все собравшиеся» слушают «песню козла» и сохраняют важный, деловой вид. А после, с чувством выполненного долга начинают пировать и веселиться под более легкую музыку и песни в непринужденной обстановке.


I BRINDISI



Застолья и торжества часто сопровождаются тостами. Этот общеизвестный факт нашел свое отражение и в известной опере Джузеппе Верди La Traviata. Известная сцена в начале оперы послужила примером для многочисленных вечеринок – легкая и искрящаяся мелодия I brindisi (один из переводов с итальянского – «Застольная») популярна во всем мире и отлично подходит для непринужденной атмосферы веселья. Однако в партитуре композиции есть много деталей, предназначенных для меломанов и ценителей музыкальных драм, демонстрирующих истинную сущность «застольной» песни.


Основные персонажи повествования, Альфред и Виолетта, скрывают под маской беззаботного веселья и светской любезности каждый свои тайны: молодой человек без достойных средств к существованию пытается очаровать светское общество Парижа и свою возлюбленную Виолетту, а куртизанка Виолетта всеми силами старается сдержать приступы кашля – прогрессирующий туберкулез, который навсегда оттолкнет от нее многочисленных знакомых и покончит со счастливой жизнью светской львицы


Волнение Альфреда и болезнь Виолетты мастерки переданы композитором средствами музыкальной выразительности. Как и в жизни, порой под веселым очарованием застольных песен и светской любезности скрываются личные драмы и грядущие беды. Но в первом акте оперы мелодия «застольной» искрится счастьем и беззаботностью, подобно пузырькам игристого вина в бокалах, настраивая слушателей на безмятежный и игривый лад торжества, передавая веселое настроение гостей, распивающих шампанское под очаровательную музыку Верди.